12-14 сентября 2000 года в усадьбе Середниково Европейская организация ядерных исследований (ЦЕРН, Женева) и Объединенный институт ядерных исследований (ОИЯИ, Дубна) при участии Института философии РАН провели научный семинар, посвященный вопросам сотрудничества России и Западной Европы в области информационных технологий.
       Научным руководителем семинара выступил сотрудник ЦЕРН Роберт КАЙО - один из авторов системы World Wide Web (WWW). В работе семинара приняли участие помощник генерального директора ЦЕРН Н.КУЛЬБЕРГ, вице-директор ОИЯИ А.СИСАКЯН, директор Института философии РАН академик В.СТЕПИН, ректор МИФИ Б.ОНЫКИЙ, ректор МИЭТа Ю.ЧАПЛЫГИН, президент ассоциации "Лермонтовское наследие" М.ЛЕРМОНТОВ, директор Научного центра исследований и разработок информационных систем (ОИЯИ, Дубна) В.ШКУНДЕНКОВ, и др.
       На семинаре были рассмотрены вопросы создания новых Web-технологий западноевропейскими и российскими специалистами в области контроля финансов, электронного документирования и других систем поддержки административной деятельности, позволяющих на порядок поднять эффективность использования финансов и интеллекта.
       Особое внимание было уделено вопросам феномена красоты научных исследований и разработок, позволяющего сокращать затраты времени при выполнении научных работ. Один из дней семинара был посвящен дискуссии Роберта Кайо с талантливыми студентами московских вузов, которая дала толчок созданию в Середниково Школы красоты.

Роберт КАЙО        Ранние разработки для Web

       Моя речь будет состоять из трех частей: о природе вычислительных средств, об элегантности и, наконец, о том, как упомянутые вещи повлияли на дизайн Web.

       Часть I: Природа вычислительных средств
       Когда сегодня вы хотите посмотреть какую-либо интересную информацию, между вами и информацией находится компьютер и вычислительная сеть. Ничего подобного не существовало в прошлом.
       Последние 50’000 лет человечество занималось изготовлением орудий производства, сначала для того, чтобы выжить, затем для того чтобы улучшить производительность труда, и , наконец, для накопления знаний. Но все этим орудия были простыми: ими легко было научиться пользоваться и легко управлять. Большинство таких орудий не имело, или почти не имело, промежуточных состояний. Почти никакие машины, в том числе и автомашины, не обладают «памятью», сохраняющейся после их отключения.. Каждый раз, когда вы используете эти машины, вы находите их в «первоначальном состоянии».
       Машины первого поколения отличались еще и тем, что состояли из легко идентифицируемых компонент, работу которых легко объяснить. Компьютер не похож на такие машины. Во-первых, компьютер - вообще не машина. Даже пионерам компьютерной техники (кроме, пожалуй, самого Алана Тьюринга) понадобилось некоторое время, чтобы осознать, что машиной является программное, а не аппаратное обеспечение. Без программного обеспечения та коробка, что стоит на вашем рабочем столе, абсолютна бесполезна.
       Во-вторых, программное обеспечение невидимо и невероятно сложно. Оно представляет собой статичный набор действий и условий. Оно кажется математическим по натуре: имеется значительное сходство между небольшими компьютерными программами и доказательством математических теорем. Для написания хорошего программного обеспечения требуется особый склад ума.
       В этом месте я хотел бы ввести понятие спектров, описывающих пространство рассуждений, к которым мы переходим. Спектр состоит из более-менее непрерывного набора значений с двумя «экстремальными точками». Все значения сходятся к одной и той же концепции. Эта идея заимствована у цветового спектра, одна сторона которого красного цвета, другая - синего, а все остальные цвета находятся посередине. Выделяя экстремальные точки, мы не говорим о плохих и хороших свойствах. Точно также мы не хотим сказать, что стороны спектра отличаются особенной остротой. Экстремальные точки в чем-то мягки: красный и синий не являются самыми острыми точками. Иногда бывает даже, что экстремальные точки применимы только к определенным обстоятельствам; при изменении обстоятельств меняется и положение экстремальных точек (существует инфракрасный и ультрафиолетовый цвета).
       Компьютерная программа представляет собой конструкцию, спектр которой начинается с простых математических доказательств, которые все мы учили в школе. На другом конце спектра находятся большие программные комплексы. Где-то посредине мы переходим от доказательств к очень длинным доказательствам, затем к доказательствам, требующим применения алгоритмов (например, теорема о раскраске карты четырьмя цветами), затем к алгоритмам (которые требуют своих собственных доказательств) и, наконец, к программа, представляющим собой алгоритмы, существование которых основывается на наличии аппаратных вычислительных комплексов.
       Если мы посмотрим на способность людей к вождению автомашин, то мы найдем на одном конце спектра экстремальных пилотов Формулы-1, а на другом конце - людей, мозг которых устроен таким образом, что они никогда не смогут сдать экзамен на вождение. Как и прежде, мы не выделяем здесь плохие и хорошие свойства, отмечая лишь сам факт наличия подобного спектра. В вышеупомянутом спектре вождения автомашин мы увидим, что большинство людей, скажем 95%, на самом деле проходят водительские экзамены, хотя безусловно среди этих 95% найдутся и хорошие и плохие водители.
       Разработка работающего программного обеспечения требует навыков, которые тоже могут быть показаны как спектр. На одном конце такого спектра находятся Тьюринг, Лэмпсон и другие люди, способные разрабатывать невероятно сложные фрагменты программного кода. На другом конце располагаются люди, почти неспособные к абстрагированию. И снова мы не применяем к этому спектру понятия «плохого» или «хорошего»: некоторые компьютерные хакеры являются не очень хорошими людьми, а некоторые хорошие люди неспособны понять программирование. Тем не менее, в противоположность примеру с вождение автомашины, мне кажется, что менее чем 5% людей в этом спектре способны написать программное обеспечение общей природы и успешное в коммерческом плане.
       Процессу работы на компьютере присущи трудности, точно так же, как трудности присущи процессу доказательства теоремы о четырехцветной раскраске карты. Большая част трудностей обуславливается сложностью компьютеров и большим числом состояний, в которых они могут находиться. Значительным прогрессом 60-х и 70-х годов стало понимание того факта, что сложность программного обеспечения может быть преодолена только путем создания независимых программных объектов с хорошо определенными средствами их взаимодействия. Однако, 80-е и 90-е годы не были ознаменованы подобным прогрессом. В области архитектуры аппаратных средств никакого прогресса не наблюдалось со времен создания первых компьютеров. Фактически, машина Алана Тьюринга, сформулированная им сразу после второй мировой войны, представляет собой микропрограммную машину с сокращенным набором команд, недавно снова ставшую предметом внимания. Аппаратные средства стали меньше, быстрее и дешевле, но в их базовых принципах ничего не изменилось.
       Поскольку ни компьютеры, ни люди не изменились фундаментально, то не уменьшились и трудности при их взаимодействии друг с другом. Фактически, трудность заключается в том, что пользователь должен составлять мысленную модель того, что происходит внутри компьютера. Он должен помнить о том, что делают программные объекты и как они взаимодействуют между собой. Таким образом, пользователь должен полностью изучить виртуальный мир со своими собственными правилами и почти что со своей собственной виртуальной физикой. Этот мир не похож на реальный мир: какие-то явления протекают здесь очень быстро, другие отсутствуют вообще или развиваются очень медленно. А некоторые явления вообще существуют только в этом виртуальном игре. Природа компьютерных вычислений фундаментально отличается от нашего повседневного обычного мира простых физических машин. Мне кажется, что в спектр, отражающий процесс успешного управления домашним компьютером, входит не менее 25% людей. Эта цифра определяется лишь природой компьютеров, а не образованием, опытом, возрастом или талантом.
       Безусловно, следующее поколение, испытывая меньший страх перед компьютерами, лучше научиться пользоваться ими, однако я не вижу никаких признаков того, что большая часть человечества когда-нибудь хорошо поймет природу компьютеров. Такие люди всегда будут составлять лишь небольшой процент. В конечном итоге мы спрячем простые вычислительные функции в некоторые из наших машин. Однако любой прибор с более мощными вычислительными функциями будет вызывать тревогу у большинства людей, которым его поведение покажется странным и непредсказуемым вследствие неспособности людей проследить за внутренними состояниями прибора. Уже сейчас мобильные телефоны слишком сложны для того, чтобы эффективно ими пользоваться, а чрезмерная сложность и невозможность запомнить все состояния ведут ко многим ошибкам.
       Наши физические машины взаимодействуют непосредственно с нашим телом, в то время как компьютеры взаимодействуют с нашим мозгом. Компьютеры полностью приковывают наше внимание. Для некоторых это даже является своего рода наркотиком...
       Для доступа информации у нас нет другого выбора, кроме как использовать компьютеры и глобальные вычислительные сети. Как повлияет на структуру нашего общества?

       Часть2: Изящество
       Данный семинар посвящен духу красоты. Для разных людей это слово означает разные вещи и поэтому его трудно использовать. С изяществом дела обстоят немного проще: это слово имеет дополнительные оттенки превосходства и изысканности. В инженерной технике, математике и разработке программного обеспечения термин «изящество» используется в отношении более хороших конструкций или способов работы (превосходство), при одновременной минимизации используемых ресурсов (изысканность).
       В инженерном деле изящество обычно означает особенно хорошее использование материалов или низкое потребление энергии. В математике изяществом считается использование коротких описаний с четко определенными терминами (изысканность) и доказательства, которые, будучи простыми и короткими, могут применены ко многим областям (превосходство).
       Изящество компьютерных технологий похоже на приведенные выше примеры. Алгоритм сортировки считается элегантным, если его программный код прост и понятен (математический аспект) и в то же время выполняет работу с минимальным использованием ресурсов (инженерный аспект).
       Трудность проникновения изящных решений в компьютерные технологии происходит из того факта, что программисты хотят показать «первоклассные» результаты. Они начинают программировать, а думают уже потом. Они живут в соревнующемся мире, в котором успех приходит к первым, в то время как лучшее качество обычно означает приход к финишу позднее, а значит зачастую слишком поздно.
       Мы уже видели примеры того, как неизящные решения побеждали изящество. Видеосистема VHS победила Betamax. Система NTSC побеждает PAL и SECAM. Раскладка клавиатуры QWERTY никогда уже не уступит гораздо более эффективной раскладке Dvorak.
       Компьютеры, совместимые с платформой Интел, практически победили всех своих соперников. Другие компьютерные архитектуры почти не используются и вся эта область кажется вымершей, за исключением маленьких островков специалистов, проводящих за созданием новых архитектур часть своего свободного времени, оставшегося после работы по разработке аппаратуры для видеоигр. В то же время архитектура Интел не изящна.
       В программировании такие языки, как Си, вытеснили почти все остальные технологии. В объектно-ориентированном подходе очень изящный Эйфель проиграл безобразному Си++. На Java остается некоторая надежда, но лишь потому, что его синтаксис напоминает синтаксис Си. Алгол 68 превратился в смешную доисторическую несуразность.
       В области операционных систем катастрофа почти полная: память об элегантных операционных системах, таких как Синтран-III, сохранилась лишь у очень ограниченного круга людей. Unix выжила в силу своей надежности, а также вероятно из-за невероятной неэлегантности своего первоначально интерфейса. У системы Linux есть шанс, но только в качестве противопоставления Майкрософт.
       Компьютерная графика переживает такую тотальную катастрофу. Что это может послужить темой для отдельной беседы.
       Частично причины такого проигрыша изящества лежат в уравнении смены состояний. Этот процесс очень похож на процесс кристаллизации. Первоначально имеется только жидкость (никаких идей, сплошной хаос), которая затем остывает (появляется необходимость устранить хаос). В некоторый момент там и здесь начинают образовываться маленькие кристаллики (идеи о том, как выйти из хаоса). Кристаллики движутся в разных направлениях и образуются в разных частях жидкости. Самый быстрорастущий кристалл (наиболее давящие условия) принуждает остальные кристаллы выровняться с ним или оставляет их маленькими островками.
       В контексте вычислительных средств и сетей данная ситуация сильно усугубляется желанием обеспечить совместимость. Мы хотим обмениваться информацией, следовательно, эта информация должна быть доступна на других компьютерах. Из этого следует, что формат кодирования должен быть приемлем для какого-либо программного обеспечения этого компьютера. Зачастую это означает, что программное обеспечение также должно быть перенесено на рассматриваемый компьютер. Как следствие, машина должна быть в состоянии принять этот программный код; в противном случае программное обеспечение должно быть перекомпилировано. Но это еще не все: потенциально программное обеспечение должно, кроме того, быть приспособлено к другой операционной системе. Из-за этих преград простейшим решением является обеспечение гарантии идентичности платформы (системы + программного обеспечения) той платформе, на которой была закодирована информация. Поэтому мы наблюдаем, как из всех систем предпочтение отдается одной, даже если эта система неэлегантна, неэффективна и нестабильна. Существующий набор систем вынуждает новых пользователей приспосабливаться. Более того, поскольку, как мы знаем, лишь немногие люди понимают природу вычислительных средств, большинство из низ может подойти к выбору критично и идет по пути наименьшего сопротивления. Они испытывают лишь малую часть существующих систем.

       Часть3: Ранние времена Web
      Исторически сложилось так, что с первых дней появления вычислительной техники перед нами стояла проблема доступа к информации. Вначале эта проблема касалась лишь самого программного обеспечения, затем в основном числовых данных и затем, начиная с 60-х годов и до наших дней, текстов и диаграмм. Уже Ванневар Буш, советник президента США, предвидел появление машины, которая вместила бы в себя всю информацию, а пользователь имел бы возможность делать аннотации и ссылки. Это предвидение вдохновило Теда Нельсона и Дуга Энгельбарта, преследовавших цель воплотить в жизнь свои мечты по пользованию компьютеров для манипулирования информацией посредством создания связей, реорганизации и составления каталогов. Энгельбарт вероятно был здесь человеком, наиболее повлиявшим на ход событий: он изобрел «мышь» и аккордную клавиатуру, использовал гипертексты, коллаборативные мультимедийные средства и другие разработки в системе NLS, успешно продемонстрированной им в 1968 году. Его методы и решения безусловно были изящными. Однако понадобилось еще 20 лет, прежде чем предложенные концепции распространились повсеместно.
      У нас в ЦЕРН имелось большое количество документов и различных систем для работы с документами. Это были базы данных, хранящие тексты, программы, данные физических экспериментов. Все эти системы были, мягко говоря, неэлегантными. Самая большая из них даже использовала VM/CMS, возможно, наиболее неэлегантную систему, которую себе только можно представить. Существовала сильная необходимость объединения всех систем в одну, очень простую и универсальную. Реально пользователям нужно было лишь найти документ, имея на него ссылку, и они не хотели заботиться о платформах, формах и местонахождении документа. Фактически, эти требования были просты со всех сторон, стоило лишь посмотреть на них с достаточной высоты.
      В 1989 году Тим Бернерс-Ли увидел ряд характеристик гипертекстов, сетей и рабочих станций которые могли, если правильно объединить их вместе, привести к созданию системы, позволяющей просматривать большинство информации независимо от её местоположения и воплощения. В 1990 году эта система стала системой Web.
      Изначально Web была элегантной, вследствие её простоты и эффективности. В ней было всего лишь несколько фундаментальных концепций, поэтому систему было легко понять. Вот эти изначальные концепции:
      - единая унифицированная система имён для всех документов (URL);
      - единая простая система кодирования структуры всей информации (HTML);
      - надёжный механизм передачи информации от хранилища данных к читателю (http);
      - гипертекстовые связи для ссылок между документами.
      Кроме того, существовали определённые цели:
      - подготовка информации для Web должна быть не сложнее, чем чтение;
      - документы не должны становиться недоступными;
      - система должна быть платформо-независимой.
      В действительности эти цели привели к плохим ситуациям, но давайте вначале сконцентрируемся на концепциях.
      URL (Uniform Resource Identifier - уникальный идентификатор ресурса) был разработан таким образом, чтобы использовать существующую систему имен доменов Интернет (Domain Name System, DNS). Это означало, что у нас отпадала необходимость изобретения новой системы для поиска машины в сети. Однако это также подразумевало, что минимальной единицей Web является сервер: домен Web-документа должен обязательно располагаться в домене Интернет. В настоящий момент данный факт не является очень большим ограничением, но он может стать таковым.
      Вся целиком, идея URL является настолько элегантной, что никакая другая система не способна заменить её, несмотря на большие интеллектуальные усилия в этой области.
      HTML (Hypertext Markup Language) был попыткой создания системы кодов, показывающих структуру доменов. За короткое время невозможно было предоставить достаточно кодов для достаточного покрытия структуры существующих документов. К примеру, без внимания осталось описание математических выражений. Пользователи совершенно не поняли идею HTML. Они рассматривали HTML как инструмент форматирования документов и поэтому считали его очень плохим. Это типичный пример постоянно неправильной интерпретации новой идеи. Сейчас, десять лет спустя, существует достаточно понимания, и мы можем надеяться на порыв XML, системы, в которой HTML является лишь элементом. HTML безусловно не элегантен, что помимо прочего, является причиной отсутствия хороших средств для подготовки Web-документов.
      HTTP изначально представлял собой простой транспортный механизм с минимальным обменом управляющей информацией. Этот протокол позволял Web-серверам быстро доставлять документы, не требуя ресурсов сервера. Но HTTP не позволял использовать сессии, т.е. последовательности запросов к одному серверу, обрабатываемые как связный набор данных. Это явилось огромным препятствием для ряда приложений (например, в банковском деле) и поэтому привело к изобретению таких опасных механизмов, как cookies (cookie- небольшой текстовый фрагмент, устанавливаемый в клиентскую программу просмотра Web - прим. перев.), фрэймы, порталы и plug-ins (plug-ins- отдельный программный модуль, встраиваемый в клиентскую программу просмотра - прим. перев.). Протокол HTTP был элегантным, но неполным. Типичный пример слишком упрощённого подхода. В последнее время HTTP были внесены изменения для поддержки ряда вещей, которые люди хотят выполнять через Web. Однако, как минимум одно желание удовлетворено слишком плохо: защита информации. Защита информации отсутствовала в первоначально версии Интернет. Об этом не беспокоились, более того, часть общества активно боролась против защиты информации. А когда система разрабатывается без учёта таких фундаментальных аспектов, то их обычно бывает очень трудно добавить впоследствии.
      Давайте теперь рассмотрим цели.
      Первая программа просмотра Web позволяла также редактировать информацию. По нашему замыслу очень важно было показать Web как систему документов, которые можно как читать, так и записывать. Разумеется, пользователи могли редактировать только те страницы, к которым имели доступ.
      Объединение программ просмотра и редактирования в одну существенно облегчило создание нового гипертекста. Например, при создании какого-нибудь текста, у меня обычно появлялась необходимость объяснить концепцию более детально. Идея гипертекста заключается в том, чтобы создать в таком месте ссылку со слова, обозначающего концепцию, на новую страницу с объяснением. Данная страница затем может быть использована повторно как мной, так и другими людьми. Это также означает, что читателю, уже знакомому с концепцией, нет нужды пропускать объяснение, он просто не нажимает на ссылку. Для создания такой объяснительной страницы мне было достаточно выделить только что набранное мной слово, выбрать команду «Новая» и немедленно получить новую чистую страницу, уже связанную со словом, значение которого я хотел объяснить. В новом окне можно было набрать объяснение. Обычно я оставлял окно открытым, когда возвращался к главному тексту, продолжая работу. Окно с объяснениями всегда находилось рядом, и в него можно было ввести пришедшие в голову дополнительные подробности. Таким образом, можно было легко создавать сложные тексты, не заботясь о разбивке страницы, колонтитулах, оглавлениях, аннотациях, списках терминов и т.п. Отпадала также и нужда в закладках, поскольку ваши собственные заметки и Web составляли единое целое.
      Создание программы просмотра, являющейся в то же время и редактором, является непростым делом. На компьютерах системы NeXT это было довольно просто, так как сама система NeXT была элегантна для разработки программного обеспечения. Но на других системах это было не так: перенос программ с NeXT на другие платформы потребовал очень больших усилий. Особенно трудными оказались системы X-Windows. Поэтому первые программы просмотра для этих систем были написаны программистами, просто проигнорировавшими эту необходимость, и создавшими более простые программы просмотра без возможностей редактирования. Разумеется, такие программы было быстрее создать, проще установить и с ними было легче работать, ведь в них было не слишком много возможностей. Так мы видим, как первоначально возникла ситуация, в которой такие неэлегантные системы, как Mosaic, распространились по всему миру, не из-за своих хороших качеств, а потому, что они были быстрее и появились первыми.
      В системе X-Window затруднено создание и управление несколькими окнами из одного приложения. Намерением программистов Mosaic была демонстрация своего продукта, а не продвижение идеи создания единого информационного пространства. Поэтому они сделали всё в едином окне: текст, изображения, систему навигации. Результатом стала программа, которую было легко установить и изучить, но которая использует компьютер не как инструмент, а лишь как окно в мир; пользователь смотрит на вещи из единственного окна. Очень похоже на телевизор. Хотя в этом рылась причина успеха Mosaic, в этом крылись также все проблемы подобного подхода: фрэймы, плохая графика, пятилетняя задержка появления XML, плохие тэги, трата значительных сил на разработку программ конвертации вместо программ редактирования, плохая стилистика.
      По прошествии 10 лет у нас всё ещё нет редактора, который является также программой просмотра (за исключением программы Amaya, которая является инструментом для исследований).
      Web-страницы часто исчезают: URL, хранимый в закладках перестаёт работать. Иногда исчезают целые сайты. Изменение структуры сайта приводит к появлению большого числа неработающих связей на страницах, ссылающихся на этот сайт. Понимание того, что изменение структуры влечет за собой появление неработающих ссылок, появилось в самом начале; были предложены механизмы устранения этого явления. Однако у них было два существенных недостатка: (1) они требовали от авторов, чтобы все страницы обновлялись постоянно, или чтобы содержимое обновлялось автоматически, что может быть неприемлемо; и (2) они требовали принятия для распространения данных об изменениях, а этот протокол плохо масштабируется.
      Обеспечение стабильности информации для читателей находилось не слишком высоко в списке приоритетов хакеров-программистов Web. Данные механизмы не только не были приняты, но даже ни разу не были опробованы. На эту тему не проводилось значительных исследований. Идеи создания системы, подобной DNS для URL не нашли понимания. Либо элегантное решение отсутствует вообще, либо нам придётся ждать до тех пор, пока общее раздражение не станет так велико, что приведёт к созданию новой системы, лучше, чем Web.
      У систем, подобных Web и зависящих от однозначной нотации, например HTML, не должно быть проблем с просмотром информации на любой компьютерной платформе. Но все мы знаем, что это неправда.
      Web-страницы можно просмотреть не на каждой платформе. Несовместимости существуют из-за различных графических возможностей, различных шрифтов (не говоря уже о различных алфавитах!), и не в последнюю очередь из-за различной интерпретации тэгов различными версиями программ просмотра. Из-за коммерческого давления некоторые компании разрабатывают программы просмотра, с отличительными только для этих программ «особенностями», дающими пользователям некоторые преимущества при отображении информации. Для обеспечения наибольшей взаимной совместимости программ просмотра был создан консорциум важных компаний и исследовательских институтов. Этот консорциум, возглавляемый Тимом Бернерсом-Ли, направляет коммерческие интересы в нужное русло с тем, чтобы большинство программ просмотра удовлетворяло наибольшему числу стандартов.
      Принятие многих протоколов обмена, форматов, стилей и т.д. было, возможно, очень неразумным решением, приведшим к появлению большого числа неэлегантных решений одних и тех же проблем. Однако рыночная философия не позволяет навязать единый жёсткий стандарт, ибо тогда мы не смогли бы разработать по-настоящему глобальный Web. Существующая неразбериха является результатом неэлегантности человеческого мышления в сочетании со странной природой самих вычислительных средств.
      Самым слабым местом концепции Web является возможность клиента и сервера договориться о формате данных. Эта возможность вновь была добавлена в Web с тем, чтобы не навязывать единый формат передачи данных, и дать возможность быстро разместить в Web информацию, которая уже существует, но не в формате HTML. К сожалению, данная возможность привела к появлению большого числа plug-ins (отдельных программных модулей, встраиваемых в программу просмотра), распространению неэффективных форматов вместо более хороших и постоянному раздражению пользователей по поводу необходимости смены версий. Первоначальная идея заключалась в том, что Web должен предполагать свое содержимое в различных форматах, при необходимости выполняя необходимое преобразование в процессе запроса. В действительности серверы занимаются тем, что предполагают данные в единственном формате и требуют от пользователей загрузки нужного plug-in. Технология plug-in является по-настоящему неэлегантным решением той проблемы, которой вообще не существует в действительности.
      В заключение позвольте мне сказать о том, что наши изначальные цели были реализованы лишь частично. Web представляет собой сегодня неэлегантное и неэффективное средство работы. Однако, он существует, он глобален и доступен для всех. Поэтому, несмотря на значительное внутренне уродство, внешняя сторона является полезной. Несмотря ни на что, серьезные люди с общими целями могут использовать Web как средство для коллаборативной работы. Если сообщество таких людей будет использовать базовые принципы в простом направлении, тогда Web может стать изумительным коллаборативным средством. Мы также можем надеяться, что со временем все большее число людей начнет понимать, что простота часто является элегантностью и силой, и что они будут лучше использовать Web. Говоря словами французского писателя и пилота Антуана де-Сент Экзюпери: «Совершенство достигается не тогда, когда становится нечего добавить, а тогда, когда нечего больше убрать».