…В погожий осенний день в старинном имении Середниково (родовое столыпинское гнездо, которое не в первый раз служит кинематографистам), в тридцати километрах от Москвы, снимали сцену, как гостил Чичиков (П.Деревянко) в доме Ноздрева (А.Абдулов). Над интерьером художники поработали на славу. Чего только нет в гостиной барина, фамильярно-нахрапистого, шумного, яркого. Здесь и произведения живописи, и старинная посуда, и чучела кабана и оленя, и даже шкура белого медведя лежит. А от прадеда гильотина досталась, в среднюю такую величину. Ноздрев у Абдулова - крайне витальный герой, с огненно-
рыжей шевелюрой и баками, а когда он расстегивает венгерку, на груди можно увидеть такие же рыжие волосы. Здоровый усатый мужик в гусарских сапогах исстрадался по общению в сельской глуши, его широкой натуре домашних радостей уже недостаточно. По двору бегают красавицы борзые (одну из них зовут Наоми в честь Наоми Кэмпбелл, она - артистка со стажем) и двенадцать абсолютно рыжих детей - ноздревских отпрысков. Одна из девочек расплакалась от испуга, когда "папенька" собрался отлупить одного из сыновей. С детьми вообще работать непросто, а тут сразу столько (самому маленькому - три года). На съемках их сластями привечали, пряники давали, чтоб добиться желаемого результата. Но про количество дублей никто из группы не загадывал. Кто-то капризничал, требуя связку бутафорских баранок,
кто-то рыдал, услышав, что грозный рыжий дядя "будет наказывать".
    На Павла Деревянко надели специальную "толщинку", дабы уплотнить визуально, придать объем его герою. И худощавый Паша приобрел некоторую надменность во взоре, и вот уже он шагает, брюшко выпячивая вперед, весь такой собой довольный. …"Ну дай я тебя расцелую!" - пугающе восклицает Ноздрев - Абдулов, бесцеремонно выволакивая Чичикова - Деревянко из кареты. Тот в манишке, черном котелке, пальцы в перстнях, безуспешно отбрыкивается от ноздревских объятий. Позже ему вместо простой сделки ("души" - деньги) Ноздрев будет предлагать купить то кобылу гнедую, то саблю, то щенка суки. И постоянно встречать отказ. Такие разные эти двое в исполнении замечательных актеров, что комический эффект, заложенный в гоголевском тексте, обретает реальные очертания. За работой Абдулова с Деревянко крайне интересно наблюдать, каждый следующий дубль добавляет какие-то новые краски персонажам. Чувствуется, что Павел Лунгин очень любит Гоголя. Режиссер признается, что, когда ему только предложили этот проект, сперва он ужаснулся. Поразмышляв, пришел к мнению, что именно гоголиада, а не просто экранизация "Мертвых душ" должна ожить на экране.
Рита ЛАРСИНА
Фото Дмитрия ЗВЕРЕВА