К продаже памятников Москва готова. Закон о приватизации объектов культурного наследия принят. Осталось составить списки. Что выставить на продажу, а к чему частников и близко подпускать нельзя. Если взглянуть в целом, то по обе стороны Московской кольцевой уже накоплен большой опыт эксплуатации исторических объектов.
За всё отвечает не Пушкин, а Лермонтов - Михаил Юрьевич. Он не просто полный тезка великого поэта, но еще и его правнучатый племянник. В усадьбе Середниково у своей тетки будущий автор "Демона" провел несколько летних месяцев. Впоследствии владельцы менялись, но память о знаменитом постояльце всегда сохранялась здесь. В советские годы она, правда, приобрела неожиданную форму. В разоренное дворянское гнездо въехал туберкулезный санаторий с громким названием "Мцыри". Когда в 95-м сюда пришли потомки Лермонтова, картина их взору предстала удручающая.
"Главный дом, который был наполнен экспонатами и интерьерами, был разграблен, и там были растащены практически все вещи интерьера. Нам досталось семь элементов из нескольких тысяч", - говорит Михаил Лермонтов, директор национального Лермонтовского центра.
Лермонтов-младший в Середниково не собственник, а арендатор - на 49 лет. 14 из них уже позади. И за это время сделано немало, но еще больше предстоит. Вокруг имения - парк в сто гектаров и множество подсобных построек. Всё - в состоянии упадка.
"Сначала первый этап - восстановить всё в том первозданном виде, как должна функционировать усадьба. А дальше уже делать проект приспособления - подо что её использовать", - уточнил Павел Дулев, заместитель директора национального Лермонтовского центра.
Пущино-на-Оке - эти графские развалины послужили в свое время декорацией и к "Неоконченной пьесе для механического пианино", и к "Нескольким дням из жизни Обломова". Здесь на высоком берегу Оки композитор Алябьев написал своего знаменитого "Соловья". А теперь единственные постоянные обитатели и хранители усадьбы - 80-летняя Клавдия Егоровна и ее пёс Боцман.
"Дети любопытные, им интересно, что там есть. Я не знаю, что им надо. Они просто так ходят, смотрят вокруг", - говорит Клавдия Голубева, сторож.
Федеральный памятник бесхозным назвать нельзя. Уже двадцать лет он в оперативном управлении Российской Академии наук. Еще в начале 90-х был готов так, но так и не реализован проект реставрации.
"Архитектурная мастерская делала по всем канонам восстановления памятников. Но тут грянули времена не очень хорошие для всех, а для науки особенно. И проект просто положили на полочку", - объяснил Алексей Литвинчев, заместитель управляющего делами РАН.
Теперь проект требует доработки, плюс необходимо оформлять землеотвод. Бюрократические препоны отнимают у людей время и силы, а у живописных руин - последний шанс на спасение.
Былое величие сменилось полным запустением - такова типичная судьба большинства подмосковных усадеб. Пущину еще относительно повезло. Здесь сохранился господский дом, что по нынешним меркам - уже немалый плюс.
Всего в Подмосковье сохранилось около 300 усадеб. Треть из них - памятники федерального уровня охраны, остальные - регионального. С собственностью все гораздо сложнее. Единого реестра нет до сих пор. И это тормозит весь процесс приватизации, мораторий с которой был снят еще год назад.
"Эти перечни нужно согласовать по всем субъектам, согласовывает их Минкультуры, Росимущество. Естественно, возникают всякие процедурные вопросы. До сих пор этого разграничения не произошло", - уточняет Светлана Анохина, заместитель министра культуры правительства Московской области.
В правительстве Подмосковья в приватизации памятников видят панацею, в Мосгордуме - скорее меньшее из зол. По сравнению с полным разрушением объектов наследия. И перед тем, как составить список того, что подлежит продаже, в столице должен появиться перечень того, что ни при каких условиях продано не будет. Причина - в особенностях национального менталитета. В недобрых руках усадьба XVIII века, легко превращается в сарай из гипсокартона.
"Только очень небольшой процент памятников должен быть приватизирован с учетом нашей культуры эксплуатации зданий, а у нас культура эксплуатации низкая. Поэтому в странах с низкой культурой эксплуатации, с низкой культурой поведения граждан такие ограничения должны быть высоки", - считает Михаил Москвин-Тарханов, депутат Московской городской думы.
Аукционы могут начаться уже летом, но это выбор по принципу, кто больше потратит денег. А памятникам от будущих владельцев нужны еще забота и понимание их ценности нематериальной.
